Региональный каталог ОКН

Братская могила советских воинов, погибших в период Сталинградской битвы, Суровикинский район, п. Нижний Чир, ул. Гагарина

Воинское
захоронение

Адрес объекта

Российская Федерация, Южный федеральный округ, Волгоградская область, Суровикинский район, п. Нижний Чир, ул. Гагарина
48.356976,43.093252

Основные сведения об объекте

  • Категория
    Памятник истории регионального значения
  • Вид объекта
    Памятник
  • Номер в ЕГРОКН
    341711118940005
  • Кадастровый номер
    -
  • Собственность
    -
  • Отв. организация
    -
  • Год создания
    1942-1943 гг., 1947 г.
  • Автор(ы)
    -
  • Статус охраны
    Охраняется государством
  • Состояние
    Нет данных

Документы по охране объекта

Карточка воинского захоронения

Историческая справка

В период Сталинградской битвы бои на территории Нижнечирского[1] (Суровикинского) района возможно разделить на два этапа: оборонительный, когда первостепенной являлась задача не дать противнику быстро занять позиции и продвинуться к Сталинграду, то есть задержать на дальних рубежах к городу, и наступательный, где основная задача заключалась в освобождении населенных пунктов Кагановичского (Суровикинского) района, в том числе и х. Нижний Чир, выведении их из оккупационной зоны.

17 июля 1942 года передовые части 6-й полевой армии генерал-полковника Ф. Паулюса вступили в бои с частями 62-й армии, развернувшимися на фронте протяженностью от ст. Клетской до Суровикино. Командармом армии являлся генерал-майор В.Я. Колпакчи[2]. 1-й эшелон 62-й армии составляли 33-я гвардейская и 192-я, 147-я, 181 стрелковые дивизии[3]. 192-я дивизия заняла оборону на рубеже Суровикино — Нижний Чир. Части 15-го танкового корпуса сосредоточились северо-восточнее Суровикино, в полосе обороны 62-й армии. 64-я армия под командованием генерал-лейтенанта В.И. Чуйкова развернулась на фронтовом рубеже Суровикино — Верхне-Курмоярская[4]. В ее составе были 29-я, 112-я, 214-я и 229-я стрелковые дивизии, 137-я и 121-я танковые бригады, 66-я и 154-я морские стрелковые бригады, 4 курсантских полка и другие части[5]. Однако фактически из-за неприбытия в район боевых действий ряда частей здесь держали оборону 214-я стрелковая дивизия генерал-майора Н.И. Бирюкова и 229-я стрелковая дивизия полковника Ф.Ф. Сажина. Бои в большой излучине Дона благодаря массовому героизму бойцов и командиров Красной Армии затянулись на 40 дней, что позволило резко снизить темпы наступления врага и разрушить их планы.

С 25 июля 1942 года по распоряжению начальника Генерального штаба генерал-полковника А.М. Василевского на территории Кагановичского (Суровикинского) района вела боевые действия только что сформированная 1-я танковая армия генерала-майора К.С. Москаленко[6]. Это позволило оттянуть часть сил наступающей 6-й немецкой армии правого крыла Сталинградского фронта. 1-я танковая армия нанесла контрудар по превосходящим силам противника.

Утром 7 августа 1942 года северная и южная ударные группировки 6-й немецкой армии перешли в наступление по сходящимся направлениям. Северная группировка прорвала оборону 196-й стрелковой дивизии 62-й армии (4772 человека на 5 августа), а южная — 112-й стрелковой дивизии (8107 человек на 5 августа) той же армии.

Уже в 12.00 7 августа 1942 года остатки 196-й стрелковой дивизии были окружены. От бреши, пробитой в обороне 112-й стрелковой дивизии у станции Чир, веером расходились 297, 76 и 71-я пехотные дивизии и 24-я танковая дивизия XXIV танкового корпуса противника. 112-я стрелковая дивизия была отброшена на восток и прижата к Дону.

К 10.00 8 августа 1942 года дивизия начала переправу через Дон по железнодорожному мосту. Градом снарядов мост был подожжен, и переправа войск шла по горящему мосту. Но это было только начало катастрофы. Немецкие танки прорвались за отходившими танками 121 и 137-й танковых бригад к мосту. В 137-й танковой бригаде на тот момент оставалось 3 КВ, 4 Т-34 и 4 Т-60. С целью избежать захвата моста противником, он был взорван в 14.00 — 14.30 8 августа 1942 г. Масса людей и техники 112-й стрелковой дивизии оказалась на правом берегу Дона перед взорванной переправой. 8 августа «клещи» XIV и XXIV танковых корпусов сомкнулись в районе Калача, и оборонявшиеся на западном берегу Дона части и соединения 62-й армии оказались в окружении. В «котел» попали значительные силы 62-й армии: один полк 33-й гвардейской стрелковой дивизии, 181, 147 и 229-я стрелковые дивизии, Краснодарское училище, пять истребительно-противотанковых и три танковых полка. Численность окруженных войск (за вычетом полка 33-й гвардейской стрелковой дивизии и Краснодарского училища) в штабе Сталинградского фронта оценивали в 28 тыс. человек. В эту цифру входили: 147-я стрелковая дивизия (9575 человек на 5.8); 181-я стрелковая дивизия (11 142 человека на 5.8); 229-я стрелковая дивизия (5419 человек на 5.8); 555, 508, 881, 1185 и 1252-й истребительно-противотанковые полки; 645, 650 и 651-й танковые батальоны В составе окруженных войск было 157 полевых и 67 противотанковых орудий, 17 танков Т-34, 39 Т-60, 354 автомашины.

К началу сентября 1942 года территория Нижне-Чирского (Суровикинского) района была полностью занята противником.

Начался тяжелый период немецко-фашистской оккупации, продлившийся вплоть до 15 декабря 1942 года. На занятой территории фашисты разместили комендатуру, полицию, склады с обмундированием и боеприпасами, установили свой, так называемый «новый порядок»: жителей выгоняли из домов и занимали их сами, население грабили, подвергали чудовищным издевательствам.

На территории Нижнечирского района также был сформирован партизанский отряд. Командиром отряды был назначен председатель райисполкома П. Т. Воскобойников (подпольный псевдоним «Верный»), комиссаром отряда был назначен первый секретарь райкома ВКП(б) Александр Михайлович Чистов («Дуб»). При переброске через линию фронта отряд состоял из 14 человек, впоследствии за счёт бойцов РККА, выходивших из окружения, отряд вырос до 20 бойцов. Изначально отряд был вооружён 10 винтовками (к ним 5 тысяч патронов), 2 автоматами ППШ (к ним 500 патронов), 2 пистолетами, 20 гранатами со взрывателями (и 40 без взрывателей), 28 противотанковых мин, 40 бутылок с зажигательной смесью, а также имел 75 килограммов тола для совершения диверсий. Переход линии фронта был совершён 31 августа 1942 года.

Семьи бойцов партизанского отряда, проживавших на территории ожидаемой оккупации, были вывезены в Сталинград[7].

Перед Нижне-Чирским партизанским отрядом были поставлены следующие цели: совершение диверсий на железной дороге Чир — Лиски и на грунтовой дороге Нижне-Чирская — Логовский — Тормосин, а также ведение разъяснительной работы среди местного населения на оккупированной территории и сбор разведывательной информации.

Важность действиям партизанского отряда «За Родину» придавало то, что в станице Нижне-Чирская был расквартирован штаб 6-й армии вермахта, но это значительно усложняло действия партизан. Дело в том, что в Нижне-Чирском районе были развёрнуты все оккупационные структуры: в станице Нижне-Чирской размещалась военная и сельскохозяйственная (подчинённая военной) комендатура, а также бюро пропаганды, с сентября окружное гестапо; комендатура полевой жандармерии, управление районного старосты (шефа района), управление станичного старосты, комендатура русской (местной) вспомогательной полиции при полевой жандармерии и русская (местная) вспомогательная полиция при станичном старосте[8]. Комендатура полевой жандармерии подчинялась гестапо и среди прочего занималась проведением облав на партизан, а также бежавших из плена или выходивших из окружения красноармейцев и командиров РККА, и проведением обысков и арестов для гестапо. Для усиления полевой жандармерии ей придавались 12 человек русской вспомогательной полиции. Кроме этого, существовала русская вспомогательная полиция (10 старших и 16 рядовых полицейских) при станичном старосте. Эти силы так же привлекались для проведения антипартизанских спецопераций. В таких сложных условиях предстояло действовать партизанскому отряду Нижне-Чирского района «За Родину».

Переход линии фронта осуществлялся в районе хутора Ерик-Крепенский с последующим движением в район хутора Зимовской.

За время действия отряд уничтожил и ранил 125 немецких солдат и офицеров, 35 раз нарушал проводные линии связи, подорвал тягач и две машины с боеприпасами, организовал подрыв моста через реку Дон и взрыв железнодорожного полотна между станцией Чир и разъездом Рычковский, совершил нападение на склад военного имущества в хуторе Средне-Садовском. Кроме этого, бойцы отряда расклеивали листовки и рассказывали местному населению о зверствах немецких оккупантов на захваченных территориях. Среди важных примеров был рассказ о судьбе Нижне-Чирского детского дома и его воспитанников.

1 сентября 1942 года в детский дом явились двое гитлеровских офицеров и приказали собрать детей к отправке указав, что «продуктов им не нужно, поедут недалеко». На двух грузовиках воспитанники были вывезены в неизвестном направлении. Позже стало известно, что 47 детей в возрасте от 2 до 15 лет были расстреляны в нескольких километрах от станицы.

Сталинградский обком комсомола на базе партизанского отряда «За Родину» сформировал подпольный райком комсомола, который возглавила Клавдия Григорьевна Панчишкина. Перед подпольным райкомом были поставлены следующие задачи: неустанно проводить разъяснительную работу среди населения о «лживости гитлеровской пропаганды», вести разведку, устраивать диверсии, собирать и передавать данные о полиции и вражеской технике.

В октябре 1942 года отряд был предан. «Абвергруппа 304» организовывала несколько облав на партизан. Первая операция была проведена в конце сентября 1942 года с участием 45—50 карателей. Партизанскому отряду удалось уйти без потерь. В октябре 1942 года была проведена вторая операция против отряда и снова безрезультатно, при потерях с немецкой стороны. После нападения участников отряда на склад военного имущества в хуторе Средне-Садовском[9] «Абвергруппа 304» с 10 по 15 октября 1942 года, собрав отряд в 180—200 человек, организовала несколько засад и сплошное прочесывание леса, где находился отряд. В результате операции отряд погиб. К провалу партизанского отряда был причастен староста хутора Зимовного Авилов[10].

Одновременно, в результате предательства, 12 ноября1942 года были захвачены посланные на разведку К. Г. Панчишкина, Р. Ф. Демида, и Т. Ф. Артёмова и после пыток расстреляны 21 ноября 1942 года на окраине станицы Нижне-Чирская.

Весной 1943 было найдено место тайного захоронения подпольщиц. При строительстве Цимлянского водохранилища и угрозе затопления, их тела были перезахоронены в братской могиле в центре станицы Нижне-Чирская.

Во время оккупации гестаповцы и их пособники расстреляли недалеко от станицы Верхне-Чирской 47 детей в возрасте от 2 до 15 лет Нижне-Чирского детского дома, которых не успели эвакуировать Советские органы власти. Из материалов суда над предателем работавшим у фашистов водителем автомашины, впоследствии повешенного в Харькове:

«Буланов: «Летом мне пришлось с отделением команды СД поехать в станицу Нижнечирская. Числа 25-26 августа 1942 года мне и шоферу Влохину было предложено приготовить машины. Когда машины были готовы, нам приказали вести их в Нижнечирскую детскую больницу. Мы приехали туда, и гестаповцы стали выводить детей из больницы и погружать в машины. Дети были оборванные, распухшие от голода. Многие дети сопротивлялись и не хотели погружаться в машину, но гестаповцы стали их уверять, что они поедут к дядям и тетям в город Сталинград. Некоторые дети, поддавшись уговорам, сели в машину, некоторые же сопротивлялись до конца, после чего гестаповцы насильно погрузили и их в машину, и мне было приказано застегнуть сзади машины брезент. Когда я выполнил это приказание, то в сопровождении немцев поехал на станцию Чирская, где за мостом, в 3-4 километрах от станицы Нижнечирская (это уже на левом берегу реки Чир со стороны станицы Верхне-Чирской — прим. автора), была заранее приготовлена яма. Подъехав к яме, я по приказанию шефа отделения, а также и другие гестаповцы стали водить детей к яме, около которой стоял гестаповец, немец Алике, фамилии точно не знаю. В упор из автомата в голову он расстреливал детей, после чего сталкивал их в яму. Дети, видя происходившее, вырывались и кричали: «Дядя, я боюсь», «Дядя, я хочу жить, не стреляйте в меня», но на это немцы не обращали внимания».

На территории ст. Нижне-Чирская располагался немецкий лагерь советских военнопленных № 251-й. Советских военнопленных содержали под открытым небом в условиях чудовищной скученности, практически не кормили, подвергали бесчеловечным издевательствам.

Идеологические установки по обращению с советскими военнопленными исходили с самого верха нацистского руководства. Еще задолго до начала кампании на Востоке Гитлер на совещании 30 марта 1941 года заявил: «Мы должны отказаться от понятия солдатского товарищества. Коммунист никогда не был и не будет товарищем. Речь идет о борьбе на уничтожение. Если мы не будем так смотреть, то, хотя мы и разобьём врага, через 30 лет снова возникнет коммунистическая опасность…»[11]. «…Мы обязаны истребить население — это входит в нашу миссию охраны германской нации. Я имею право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются, как черви».

Из Докладной записки В. Абакумова А. Вышинскому от 2 сентября 1943 г. № 80 о зверском отношении немецких военнослужащих к советским военнопленным[12]: «…Советские военнопленные работали на восстановлении железнодорожной станции Чир. По сообщению командира батальона, руководившего этими работами, среди военнопленных, вследствие истощения, возникли болезни и высокая смертность…».

В х. Нижне-Чирской фашисты использовали газовые машины, в которой люди умерщвлялись окисью углерода. Немцы эти машину называли «газенваген».

19 ноября 1942 года ранним туманным утром мощные артиллерийские залпы возвестили о начале операции «Уран». Перешли в наступление войска Юго-Западного (командующий генерал-лейтенант Н.Ф. Ватутин) и Донского (командующий генерал-лейтенант К.К. Рокоссовский) фронтов. Координировал действия фронтов представитель Ставки генерал-полковник А.М. Василевский.

21 ноября 1942 года в станицу Нижнечирскую перебазировался штаб командующего 6-й полевой армии генерал-полковника Паулюса, оказавшийся на пути наступления советских танков. Там же находился командующий 4-й танковой армии генерал-полковник Гот.

К исходу дня 22 ноября 1942 года 1-й танковый Инстербургский Краснознаменный корпус, пройдя с боями более 80 км овладел хуторами Погодинский, Лысовом, Зрянинским, Тузовом, Пятиизбинской. В районе Зрянинского был захвачен аэродром противника, где уничтожены двадцать транспортных самолетов.

К 23 ноября 1942 года в корпусе осталось 30 исправных танков из 130. Обстановка осложнялась еще и тем, что из-за большой удаленности корпуса от штаба 5-й танковой армии, малой мощности радиостанций и трудности поддержания связи подвижными средствами корпусу приходилось действовать в одиночку, в отрыве от стрелковых войск, в глубоком тылу противника, с открытыми флангами.

Разведка, руководимая начальником разведотдела штаба корпуса гвардии майора П. Г. Лихошваем, установила, что противник, обороняясь на рубеже Большая Осиновка, ст. Чир, Рычковский, удерживает в своих руках железнодорожную линию Сталинград — Лихая, основную артерию снабжения окруженной сталинградской группировки Паулюса и колоссальные материальные запасы на Чирской базе снабжения.

Комкор принял смелое решение — не ожидая подхода стрелковых частей силами 44-й мотострелковой бригады ударом на ст. Чир перерезать железную дорогу, овладеть ст. Чир и удерживать ее до подхода главных сил 5-й танковой армии.

23 ноября, в день, когда части Юго-Западного и Сталинградского фронтов соединились у Калача и Советского, замкнув внутреннее кольцо окружения, 44-я мотострелковая бригада 1-го танкового корпуса ворвалась на ст. Чир.

Противник яростно бросался в контратаки, станция дважды переходила из рук в руки, авиация противника усиленно бомбила наши боевые порядки. Каждое строение мотострелкам приходилось брать в рукопашном бою. Особо мощную контратаку силами до полка пехоты противник предпринял в 21 час 23-го ноября. Ему удалось потеснить наши мотострелковые подразделения южнее ст. Чир. Обстановка вынуждала к крайним решениям. И комкор пошел на риск — выдвинул на ст Чир для ведения огня прямой наводкой 33-й артиллерийский полк противотанковых орудий и 307-й дивизион гвардейских минометов, а также ввел в бой остатки 89-й и 117-й танковых бригад.

Риск оправдался. В результате принятых мер к 2 часам 24 ноября 1942 года контратака противника была отбита.

Занятие ст. Чир не только лишило противника возможности материального снабжения своей сталинградской группировки. В наши руки перешли огромные материальные ресурсы. Километровые склады на ст. Чир и южнее в лесу на северном берегу реки Чир были забиты продовольствием, боеприпасами, горючим. Вдоль железнодорожного полотна размещались сплошные штабеля ящиков с авиабомбами, бурты зерна. Свыше 1000 груженых вагонов, эшелон сахара, 16 паровозов, 6 платформ с самолетами, эшелон лошадей, штабеля узкоколейки километров на 200 и 5 локомотивов к ней, 200 автомашин, 20 исправных орудий — вот далеко не полный перечень захваченных трофеев.

Чтобы надежнее закрепить за собой станцию Чир и подтянуть необходимые силы для наступления на юг, в течение 24 ноября в районе станции были собраны мотострелковые батальоны 89-й и 117-й танковых бригад, 1-й и 2-й мотострелковые батальоны 44-й мотострелковой бригады. Вся артиллерия корпуса и бригад была поставлена на огневые позиции.

Стремительное наступление советских войск было для немцев полной неожиданностью. Не прошло и месяца со дня его начала, а фронт своей внешней стороной отодвинулся на сотню километров на запад. Желая спасти и вырвать из окружения свои войска, фашисты предпринимают усилия к прорыву кольца сразу на нескольких направлениях.

К концу декабря 1942 г. территория Нижне-Чирского района была полностью освобождена от немецко-фашистских оккупантов. Бои на территории х. Верхнечирский и Кагановичского (Суровикинского) района в 1942 году являются основной частью Сталинградской битвы, в ходе которой было положено начало коренному перелому в Великой Отечественной войне и всей Второй мировой войне. Был сломлен моральный дух немецких солдат и офицеров. Стратегическая инициатива перешла к советским войскам[13].

В период Великой Отечественной войны в п. Нижний Чир располагался госпиталь ППГ4167.

Советских воинов, умерших от ран и погибших в боях захоранивали в братских могилах.

По информации на 2014 год в «Братской могиле советских воинов, погибших в период Сталинградской битвы», советских воинов, погибших в период Сталинградской битвы», 1942-1943 гг.,1947 г., расположенной по адресу: Волгоградская область, Суровикинский район, п. Нижний Чир, ул. Гагарина, захоронено всего 392 военнослужащих, их них 391 известный военнослужащий, памятник установлен в 1992 году. Мемориальная надпись: «Слава героям Советского Союза».

[1] Указом президиума Верховного Совета РСФСР от 7 февраля 1963 года «Об укрупнении сельских районов и изменении подчиненности районов и городов Волгоградской области» в состав Суровикинского района вошла территория Нижнечирского района полностью.

[2] Попов В.Н. Сталинградская битва: по новейшим исследованиям // Новая и новейшая история №2. – М.: 2007. С.7.

[3] Исаев А. В. Сталинград. За Волгой для нас земли нет. — М.: Яуза, Эксмо, 2008. С.3

[4] Там же. С.6.

[5] Чуйков В. И. Сражение века. — М.: 1975. С.21

[6] Исаев А. В. Сталинград. За Волгой для нас земли нет. — М.: Яуза, Эксмо, 2008. С.8.

[7] Кандауров И.М. Стойкость. — Волгоград: Нижне-Волжское книжное издательство, 1983. — 415 с. — (Подвиг Сталинграда бессмертен).

[8] Павлова Т. А. Гражданское население Сталинградской области в условиях германской оккупации (июль 1942 г. — февраль 1943 г.) дис. канд. ист. наук. — Санкт-Петербург: Санкт-Петербургский государственный университет, 2007. — 245 с.

[9] При этом были захвачены и расстреляны Антонина Лазарева и Александра Кагальницкая.

[10] Павлова Т. А. Гражданское население Сталинградской области в условиях германской оккупации (июль 1942 г. — февраль 1943 г.) дис. … канд. ист. наук. — Санкт-Петербург: Санкт-Петербургский государственный университет, 2007. — 245 с.

[11] Гальдер Ф. «Военный дневник». Т.2. М., 1969. С.430

[12] Докладной записки В. Абакумова А. Вышинскому от 2 сентября 1943 г. № 80 о зверском отношении немецких военнослужащих к советским военнопленным. Совнарком Союза ССР

[13] Шарапова И.Л. Боевые действия на территории Суровикинского района (бывшего Кагановичского) в период Сталинградской битвы // Материалы региональной конференции «Сталинград и Сталинградская область – Великой Победе». — Волгоград – 2010 г. С.333.